Публикация о конкурсе Варвара Турова о 14 конкурсе им. Чайковского. Кроме музыки

boris

Overlord
Команда форума
Администратор
Team #tch15
Privilege
#1
http://www.snob.ru/profile/blog/8458/37493

Статью о XIVмеждународном конкурсе имени Чайковского (по крайней мере в фортепианной его части), по идее, должен брать на себя отдел происшествий, ведь вокруг и внутри главного музыкального состязания страны варится много бесценной для журналистов-происшественников фактуры. Журналистам отделов культуры, в этом смысле, выпала незавидная доля. Попытаться объяснить читателю, чем прошедшие в финал пианисты лучше непрошедших. И вот тут необходимо сразу определиться с системой координат. С исходными позициями. Что такое по сути конкурс Чайковского? Сравнение и попытка расставить на пъедестале равнозначные дарования? Политика, коррупция, битва мафиозных педагогических кланов? Ярмарка, на которой у международных агентств и рояльных брендов есть шанс заполучить нового Кисина? О чем, собственно, идет речь?

Речь вот о чем. Нынейшний конкурс, первый после реконструкции Большого зала консерватории, сиюящего теперь неуловимо туалетными оттенками фойе, ставил своей задачей не только музыкальное соревнование, сколько благородную миссию по возврату «Чайнику» былого (видимо, речь идет только о первом, когда вопреки всем ожиданиям партии, комсомола и советской логике, выиграл американец Ван Клиберн) величия. Посмотрите, мол, какое у нас теперь все красивое, чистое и розовое.

Была изменена система голосования – всячески подчеркивалось, какая она теперь славная, компьютерная и объективная. Жюри, говорили организаторы, вообще не будет ничего обсуждать, чтобы, не приведи господь, не влиять друг на друга. Они будут ставить баллы, а система их подсчитывать. Правда, из скольких баллов члены жюри должны выбирать цифру – так и осталось тайной. Не был получен и ответ на простой вопрос – если баллы считает компьютер, то почему результатов конкурсанты и болелщики ждут всякий раз разное количество времени, и всякий раз не меньше полутора-двух часов.

Говорилось также, что теперь не существует позиции «председатель жюри», что, по идее, должно лишить жюри личного оттенка, мол «жюри Доренского», или «жюри Крайнева» это чревато сплетнями и скандалами. На деле, слово «председатель» заменили словосочетанием «генеральный секретарь», и кажется только организаторы конкурса не уловили иронии происходящего. Справедливости ради – у генсека жюри лишь один голос, а у бывших председателей было целых два. Но поскольку система подсчета голосов похожа на матовое стекло, за которым если и видны очертания, то оттенков точно не разобрать, то дает ли это что-то на деле – неизвестно.

Так или иначе, первые 3 тура обошлись без совсем уж громких скандалов, если, конечно, не считать таковыми бесследное исчезновение одного из членов жюри, - бразильца Нельсона Фрейре, и отсутствие каких-либо заявлений пресс-центра на эту тему. Конкурс, казалось, вырулил к какому-то новому уровню, на котором, как ни смешно, имеет значения музыка. Тем болезненнее то, что произошло после объявления результатов предфинального тура. В финал прошли 5 человек – украинец Александр Романовский, россияне Алексей Чернов и Даниил Трифонов, 17-летний кореец Сенг Чжин Чо и маститая кореянка Йол Юм Сон. Для тех, кто следил за конкурсом с самого начала стало сенсацией отсутствие в списке финалистов бронозового лауреата прошлого конкурса – Александра Лубянцева. Публика вскочила с мест, и, не обращая никакого внимания на выключенный к тому моменту (было за полночь) в зале свет и уход членов жюри со сцены, устроила Лубянцеву продолжительную стоячую овацию, в которой слышались крики «Позор жюри» и «Лубянцев лучший». Стоит отметить, что это не было поддержкой родных и друзей кролика, а скорее звучало некой общей точкой зрения публики. Крики «Shame on jury» продолжились и у служебного входа, откуда как-то уж чересчур быстро и суетливо выходили и бежали к автомобилям члены жюри.

Тут надо учесть - не бывает решений, которые устроили бы всех. Не может жюри никого не обидеть, хотя бы потому, что кого-то оно обязано не допустить до следующего тура. На каждом конкурсе всегда есть исполнитель роли "незаслуженно обиженный гений", просто разные люди подставляют к этой роли разные фамилии. Нынешняя ситуация не про это. Проблема ситуации с Александром Лубянцевым не в том, что мне лично понравилось, как он играет, а членам жюри, например, нет. Проблема в том, насколько он понравился публике, принимавшей его уже после первого тура как золотого лауреата, музыкальным журналистам (чуть ли не впервые в истории объединившимся на эту тему). Проблема в том, что с первого дня прослушиваний почти ни у кого не было сомнений в том, что уж кто-то. а Лубянцев будет играть в финале. Это говорили и поклонники пианиста и его ярые противники - мол, мне не нравится он, но сила, конечно. Лубянцев очень странный музыкант. Я даже могу (теоретически) понять его противников (художественных) - все, что он играет, он играет про одиночество. Не в смысле одинокого лирического героя. В смысле самостоятельности, отказа от авторитетов вне критики, подкрепленного очень большим талантом. Я буду играть то, что хочу и как хочу, не потому что я наглый, а потому, что я гений, и у меня свой путь. Разумеется, я надеюсь, что ничего подобного Саша Лубянцев не думает и не формулирует. Просто этот "свой" путь слышен в игре этого странного парня с дурацкой прической, в пиджаке на 2 размера больше. Хоть убей, но слышен.

После объявления результатов предфинального тура, я дождалась у служебного входа одного из членов жюри, замечательного пианиста Питера Донохоу и спросила его:
-Мистер Донохоу, мне очень важно ваше мнение. Скажите, 5 финалистов играют лучше Лубянцева?
-Было бы нечестно это обсуждать, пока конкурс не закончился.
-Но ведь для Лубянцева конкурс закончился! Почему мы же мы, ваша публика, не имеем права знать, что именно этот пианист сыграл не так?
-Я не буду это обсуждать, на конкурсе кто-то проигрывает, кто-то выигрывает.
-Да! Именно поэтому я и пытаюсь у вас узнать - финалисты все сильнее Лубянцева?
-Я не буду это обсуждать.

Один из главных вопросов «Чайника»-2011: стоит ли считать сколько-нибудь значимым то обстоятельство, что Лубянцев единственный выбрал для своих прослушиваний итальянский рояль Fazioli, а не гигантов вроде Yamaha или Steinway? В самом ли деле 5 финалистов играли интереснее главного фаворита публики и критики? И, с другой стороны, только ли политика и коррупция причины его отсутствия в финале?

Необходимо пояснить. Конкурс проходит одновременно на нескольких уровнях. Уровень публики – на котором слушатели сражаются друг с другом в антрактах, яростно обсуждая чья педаль в «Утешениях» Листа была правильнее, чьи шестнадцатые прозвучали четче, и чей Моцарт был помоцартовее.

Уровень жюри – мутный, малоизученный и традиционно не вызывающий доверия. Ученики членов жюри играют и проходят в следующие туры, у пианистов с улицы шансов меньше – так ли это мы не знаем, но уверенность в этом одна из примет многих музыкальных конкурсов, и «Чайника» - как никакого другого.

Уровень рояльных брендов – на котором гиганты роялестроительства состязаются про странную на первый взгляд штуку – на каком рояле будет играть победитель (каждый конкурсант выбирал из 5 предложенных инструментов – два Steinway & Sons, Kawai, Yamaha, и Fazioli)? Штука на самом деле довольно простая - кому из участников предлагать долгоиграющие контракты, в кого из них вкладывать большие деньги, и, соответствнно, на ком из них эти большие деньги зарабатывать?

Кроме этих, основных, есть еще и мелкие, спорные, но создающие гущу этого сложносочиненного, бурлящего варева. Публика (а на «Чайнике» это один из основных участников) еще до начала конкурса гудела слухами: «Копачевский идет на первую премию», «Копачевского двигает консерватория, тут без вопросов». Филиппа Копачевского не допустили до финала. «Золото у Романовского, им занимается японская миллиардерша, которая раньше двигала Венгерова», (всемирно известный скрипач – прим.ред), говорили другие. Что за таинственная миллиардерша «дивгает» (или не двигает) украинца Александра Романовского – никто не знает, но пока что все прогнозы насчет его сияющей химической белизной игры, в которой смерть всем бактериям, вирусам и чувствам, сбываются. Последний раз сегодня я слышала дословно следующее: "Ну теперь уже понятно, что Романовский первая премия - русскому пианисту они золото не отдадут, а Романовский вроде и свой, а в то же время украинец. Да еще и Гергиев его поддерживает".

Стоит ли считать простым совпадением, что Романовский на конкурсе играет на рояле Steinway&Sons, а после объявления результатов второго тура, к пианисту при всем честном народе подошел представитель этой уважаемой фортепианной фирмы и долго шептал что-то тому на ухо?

Слухи, слухами, но вот вопросы, оставшиеся без ответа это точно не в пользу идеи светлого будущего конкурса Чайковского. Впрочем, работу пресс-центра в этом году иначе как бездарной и назвать-то сложно. Ни на один вопрос журналисты не получют внятных (пусть даже формальных) ответов. Окутано тайной, будет ли голосовать член того же оргкомитета Денис Мацуев – победитель XX конкурса Чайковского, больше того – кого в этом случае поддержит самый популярный на российской сцене (в том числе и политической) пианист – самых сильных или самых безопасных?

То есть, возвращаясь к началу, о чем мы тут говорим? Имеет ли происходящее хоть какое-то отношение к музыке?

Впрочем, на этот вопрос был дан непредвиденный ответ. После того, как отсутствие Лубянцева - пианиста потрясшего многих, не похожего ни на кого, и для всех вокруг совершенно какого-то "не своего", чучела из фильма Быкова, полу-аутиста, полу-пижона, Глена Гульда и дикой собаки Динго в одном лице в финале было объявлено, я, среди многих, подошла у служебного входа к маститому чиновнику из минкульта, ранее замеченному в филармонии. На мой вопрос, чиновник министерства культуры, которое в этом году выступило организатором конкурса, ответил дословно: «Никакой музыкальный конкурс никогда не имеет отношения к музыке».

Многие мои друзья, музыканты, в том числе лауреаты конкурса Чайковского еще несколько дней назад говорили мне "Ой, ну ты же знаешь сама, конкурс это не музыка, конкурс это политика, это деньги, это все что угодно, но не музыка". Но сейчас и они признают - во всем этом болоте мы раз за разом надеялись, что на самом верхнем уровне - на уровне гениальности, музыка все равно победит. Иммунитета к этому не вырабатывается. Раз за разом это больно. Особенно, когда несправедливость не спрятана за утешительные призы, поощрительные премии (розданные чуть ли не всем не прошедшим в финал пианистам, кроме Лубянцева). То есть несправедливость, которая гордится своей несправедливостью.

Вот я и говорю – коллеги из отдела происшествий, вы бы подключились. Потому что министерство чрезвычайных ситуаций у нас в стране, все-таки, есть. А вот с культурой все как-то запутанно.
P.S. В финале все же будет играть как минимум один замечательный, талантливейший пианист. Россиянин Даниил Трифонов. Его борьба в финале с Лубянцевым обещала быть битвой философий, представить более противоположных музыкантов сложно. Тем интереснее было представлять себе, как при столь неординарных дарованиях и столь большой разнице можно будет выбрать победителя. Теперь остается только надеяться на то, что с Трифоновым жюри поступит справедливее, чем с Лубянцевым, и оценит его блестящий талант по достоинству. Я искренне желаю ему победы, в которую, в этом немузыкальном контексте, совсем, к сожалению, не верю.
 
M

Mike Tea

Guest
#2
P.S. В финале все же будет играть как минимум один замечательный, талантливейший пианист. Россиянин Даниил Трифонов.  
Там еще и другие пианисты участвуют, не менее "замечательные". И не факт, что Трифонов - сильнейший из них.
 
Последнее редактирование:
Ч

Читатель

Guest
#3
Я уже давал короткий комментарий на статью Варвары Туровой в другом потоке, где она была размещена раньше. Могу его повторить и здесь:
Да уж, Варя, как теперь выражаются молодые, жжет. Только вот посмотрел я на форуме результаты голосования по вопросу "Кто из пианистов должен пройти в финал?". И удивился. Если публика вся чуть ли не единодушна прочила Лубянцеву золотую медаль, почему же сейчас по результатам опроса он только четвертый - см. http://www.forumklassika.ru/showthread.php?t=75824&p=1131086#post1131086 И еще. То что Донохоу отказался отвечать на вопрос журналистки, просившей его прокомментировать решение жюри, абсолютно правильно. До конца конкурса члены жюри не имеют право комментировать его решения. Это всегда было так и, надеюсь, всегда будет!
 
Последнее редактирование:
А

Амальтея

Guest
#4
И ещё маленькое уточнение: Денис Мацуев - лауреат XI конкурса. Двадцатый - ХХ, как ошибочно указано в статье - ещё впереди. Мелочь, а досадно.
 
В

Владимир1993

Guest
#6
по моему мнению ВСЕ финалисты играют интереснее Лубянцева и намноооого ярче!!
но действительно странно что он не прошел, потому что он очень закалённый, сделанный, ни к чему не придраться, на конкурсе таких и любят.
 

Пользователи онлайн

Сейчас на форуме нет ни одного пользователя.